Короткие рассказы

Мишка и его Чудище

Мишка обнаружил Чудище, когда решил помыть сетку вытяжки, которая уже покрылась толстым слоем жира. Оно смотрело на него своими огромными глазами и скалилось, но делало это как-то неумело и даже немного виновато.
- Это еще что за... - Мишка выронил из рук сетку и она с громким звуком ударилась об пол.
- Я - Чудище, - произнесло оно, - из вытяжки.
- Мать честная, ты еще и разговаривать умеешь? - немного придя в себя, произнес Мишка.
- Как и все остальные чудища, - кивнуло оно и как-то стеснительно выглянуло из своего убежища.
- А... А почему из вытяжки? Тебе что, жить больше негде?
- Почему это сразу негде? - Чудище насупилось и даже прижало мохнатые уши к не менее лохматой голове, - вытяжка - это разве негде? Очень даже неплохое место, на мой взгляд.
- Просто я думал, что чудища живут где-нибудь... Ну, к примеру, под кроватью.
- Заезженный стереотип, - деловито махнуло оно лапой и, зацепившись за край вытяжки, спрыгнуло на столешницу.

История о живом человеке

Роман был... Сложно сказать, каким был Роман. Некоторые считали его подлым, мстительным и злобным, другие души в нем не чаяли и всегда искренне улыбались при встрече, третьи смотрели на него как на человека, который всегда твердо держит свое слово, четвертые не знали человека лживее него... Хуже всего, что Роман сам не знал - какой он на самом деле. Разнообразие людских взглядов внушало в него неуверенность и абсолютное непонимание себя. А это ничуть не привносило радости в его жизнь. Склонный к самоанализу и самоедству, он каждый раз жутко нервничал, пытаясь разобраться в себе и понять наконец-то свою сущность. Но каждый раз это заканчивалось приступом жуткой депрессии, так как придти к единому мнению при таком их многообразии казалось невыполнимой задачей. Естественно, с таким отношением к самому себе, личную жизнь Романа можно было назвать личной смертью.

Лисенок и его Друг

"В ряде городов участились уличные беспорядки..."
"Количество жертв лесного пожара достигло шестисот человек..."
"Произведены успешные испытания новейших ракет..."
"Новый искусственный вирус продолжает убивать..."
"Военные действия не будут остановлены..."
"Методы по борьбе с коррупцией неэффективны..."
"Убийцы снова на свободе..."
"Уточняются подробности массового мора животных..."

Нежить

Виктор Сергеевич Сухопаров проснулся в отличном настроении, но как только он открыл глаза, сразу понял - что-то не так.
- Люд, Люда! - ощупывая себя с ног до головы и стараясь не поддаться наступающей панике, зашептал он.
- А?
Его супруга, Людмила Игоревна, перевернулась на другой бок и, прищурившись от яркого света утреннего солнца, взглянула на мужа.
- Кажись помер я, - выдохнул Виктор и уставился на нее обреченным взглядом.
- Дурак что ли?
- Может и дурак. Но теперь еще и мертвый.

Воздушный змей

Змей игриво метался из стороны в сторону, как будто раскачиваясь в такт одной только ему известной мелодии. Яркий трехленточный хвост, украшенный алыми бантами, развевался на ветру, то слегка провисая, то резко вытягиваясь в струну.Иногда змей, как будто смирившись с пленом поводка, плавно опускался вниз, но тут же резко взмывал к облакам, словно пытаясь порвать эту нить, вырваться на свободу и наконец-то полететь в те дивные места, путь к которым был известен только ему одному.

Помощник

Навигатор Андрея сошел с ума окончательно еще на подъезде к этой деревне. До того, как он решил срезать путь по грунтовой дороге, он и подумать не мог о том, что стрелочка на мониторе может так быстро перемещаться в пространстве, забрасывая его то на трассу, то на какую-то улицу Фестивальную, то в проезд Сиреневый. В принципе, Андрей примерно понимал, куда ему ехать дальше, чтобы добраться до города, но все же решил на всякий случай уточнить маршрут у местных. 

Всё будет хорошо

Хруст сухой ветки под своей ногой Ванька даже не услышал. Просто весь мир разом перевернулся и завертелся в его глазах цветным калейдоскопом, а через секунду разлетелся на миллионы ярких звездочек, которые тут же собрались воедино в левой руке чуть выше локтя.
- Ай... - Ванька схватился за поврежденную руку и тут же взвыл от боли.
- Ваня! - его подружка Сашка тут же метнулась к мальчику и с разбега упала перед ним на колени, - больно?
- Нет, блин, приятно! - морщась и поскуливая, выдавил из себя он.
Сашка протянула ладонь и аккуратно коснулась плеча Ваньки.

Конец света

- Завтра всё закончится, - вздохнул Витька и грустно покачал головой, - не очень хочется, чтобы всё заканчивалось, да?
Наташка перекинула ногу через раму велосипеда, положила его на землю и уселась на траву рядом с Витькой. Это было их любимое место. Именно здесь, на высоком холме, во время заката можно было увидеть два солнца. Первое медленно опускалось к горизонту, как это и было ему положено, второе же ненадолго появлялось в отражении небольшого озера, разлившегося внизу, и, назло всем законам физики, как будто бы поднималось вверх, медленно скользя по поверхности воды к противоположному берегу.

Адвокат

На улице было тихо и спокойно - осенний ветер не тревожил пожелтевшие листья деревьев, а дождь, взяв выходной, не барабанил своими мокрыми пальцами по отливам. Луна заглядывала в комнату сквозь окно, растекаясь мягким светом по полу.

Смерть, неслышно ступая по лунной дорожке, приблизилась к человеку, лежащему на кровати. Не сводя с него глаз, она жадно перебирала пальцами, готовыми схватить эту душу, оторвать наконец от дряхлого тела и забрать с собой. Она знала, что этому человеку осталось совсем недолго.

Разговор

- Красиво здесь, да?

Парень посмотрел на голубое безоблачное небо, сорвал травинку и воткнул ее между зубов. 

- Посмотри какие места - речка течет, птицы поют, а воздух какой! Чувствуешь? Помню, в детстве приходил сюда и под той липой любил сидеть, она тогда конечно поменьше была. Сяду, значит, смотрю на всю эту природу и думаю: "Вот если сейчас побегу туда, к горизонту, то буду весь день бежать, а все равно не добегу. Это ж какая тогда у нас страна большая? А весь мир какой?". Не укладывалось у меня это в голове. К папке подойду, спрашиваю: "Пап, а мир - он какой? Вот сколько наших дворов в нем поместится?". Я тогда всё нашим двором мерил. Футбольное поле - два двора, площадь городская - три... А отец мне и говорит: "Не знаю, сколько дворов, но если хочешь, могу Москву тебе показать - сам и посмотришь". И давай меня вверх подкидывать. А мне и страшно и смешно одновременно. Он спрашивает: "Видишь Москву?". А я ж мелкий еще, верю всему... Вглядываюсь куда-то, головой верчу, а Москву не вижу. А хоть бы и увидел, откуда я знаю - какая она? Может, вон тот дом - это уже и есть Москва? А отец смеется и еще выше меня подбрасывает. С тех пор всегда мечтал увидеть этот город, посмотреть - какая она, эта Москва?